Закон “О телевидении и радио”: 29 изменений и никаких реформ

Среди законодательных актов, регулирующих деятельность СМИ, Закон РА “О телевидении и радио” чаще и больше всех подвергался изменениям и дополнениям. Начиная с 2000 года, с момента своего принятия, закон менялся 29 раз: 13 — до 2010 года, и еще 16 раз после 2010-го, когда в связи с переходом с аналогового на цифровое вещание закон был полностью обновлен. Все эти изменения и дополнения были направлены на решение каких-то сиюминутных проблем, но не на осуществление реальных реформ.

“В закон должны быть внесены кардинальные изменения. В 2020 году предстоят новые конкурсы по лицензированию вещания. Если закон не изменится, они будут проходить по тем же правилам, что и в 2010 году. А это может привести к окончательному развалу сферы в целом”, — отмечает президент Ереванского пресс-клуба Борис Навасардян.

Председатель Комиссии по телевидению и радио Тигран Акопян также признает, что закон несовершенен. Однако он уверен: если даже в этот закон будут внесены идеальные изменения — в соответствии с сегодняшними требованиями, нынешним состоянием страны, развитием наших гражданских институтов, развитием технологий, все равно через два года он может устареть и морально, и идеологически.

Исполнительный директор Центра медиа-инициатив Нуне Саркисян считает важным, чтобы в новой ситуации были внедрены полностью новые подходы.

К чему, в конце концов, привели недостатки в законодательстве?

— Не удалось создать частную сеть цифрового вещания (частный мультиплекс),

— в областях страны 10 местных телекомпаний оказались вне процесса оцифровки,

—  действует устаревший, вызывающий много споров порядок лицензирования телерадиокомпаний,

— не решен вопрос прозрачности собственности и финансирования вещателей.

Из всего этого вытекают десятки других принципиальных проблем.

Процесс перехода с аналогового вещания на цифровое стал для Армении весьма проблематичным. Из-за несовершенства закона телекомпании столкнулись и с финансовыми трудностями. Так, исполнительный директор “Еркир медиа” Давид Акопян вспоминает: “После того, как мы выиграли конкурс и получили лицензию на цифровое

вещание, нам почти семь лет не обеспечивали такого вещания. Однако наша компания исправно платила все государственные пошлины, предназначенные для цифрового вещания… Таким образом, с 2010-го по 2016-й годы было заплачено 20 миллионов драмов, но вещание оставалось аналоговым”.

Основной целью изменений и дополнений, внесенных в закон в 2015 году, было обеспечение правовой базы для лицензирования деятельности частного мультиплекса, но он так и не был создан. Единственным игроком на этом поле был и остается государственный мультиплекс — цифровая сеть общественного вещания, в которой сосредоточены 37 действующих общегосударственных, столичных и областных телекомпаний.

“Отсутствие частного мультиплекса сегодня препятствует и рождению новых телекомпаний, и деятельности тех телекомпаний, которые, по тем или иным причинам, во многих случаях несправедливо, не побеждали в конкурсах, — говорит председатель КТР Тигран Акопян. — Могу предположить, что это было сделано только для того, чтобы сохранить монополию общественного мультиплекса, и чтобы новые телекомпании имели трудности при вступлении в медиа-рынок”.

Нуне Саркисян представляет один из экспертных подходов: “Мы хотим предложить, чтобы закон предусматривал возможность создания и малых мультиплексов, которые позволят областным телекомпаниям не только производить контент, но и быть его распространителем. То есть, имея соответствующую лицензию, они могут одновременно выполнять роль мультиплекса”.

Вследствие необоснованных законодательных ограничений, несправедливых конкурсов, субъективных и пристрастных решений около 10 местных вещателей остались вне процесса оцифровки. “Или мы должны найти пути, инструменты, которые позволят им вещать в цифровом эфире, или их не будет вообще”, — говорит Тигран Акопян, который считает, что не все из них заслуживают выхода в эфир. “Я очень благодарен неправительственным организациям за то, что и их усилиями эти телекомпании сохранили свое существование и продолжают вещать хотя бы в аналоговом режиме. Но из этих 10-ти в классическом смысле телекомпаниями можно считать 4-5. Остальные — не телекомпания, пусть они меня простят …”

Эксперты вещательной сферы считают устаревшим и действующий порядок лицензирования телекомпаний. В цифровую эпоху, когда технические возможности значительно расширились, предусмотренные законом сложные и в практическом плане субъективные конкурсы должны уступить свое место более простым процедурам. Такие предложения готовят три журналистские организации — Комитет по защите свободы слова, Центр медиа-инициатив и Ереванский пресс-клуб.

“Если вы ограничиваете право других игроков найти технические возможности и становиться доступным для своей аудитории, вы просто нарушаете принципы свободы слова, свободы СМИ. Это никак не может соответствовать международным стандартам”, — говорит президент Ереванского пресс-клуба Борис Навасардян.

“Кого нужно лицензировать — производителя контента или же того, кто этот контент распространяет? — это один из самых обсуждаемых вопросов, — говорит Нунэ Саркисян. — Мы предлагаем, чтобы лицензировался только распространитель, то есть только мультиплекс. Следовательно, по классическому определению, мы удаляем контент-провайдера с поля лицензирования”.

Закон “О телевидении и радио” должен внести ясность и в вопрос прозрачности собственности и финансирования телекомпаний. Председатель КТР Тигран Акопян считает важным, чтобы общественность была в курсе, кто является учредителем вещателей: “Действующий закон до конца не раскрывает имена и фамилии этих учредителей… У нас действует запрет, согласно которому партии не могут учреждать телекомпании, но его очень легко можно обойти. Для граждан должно быть ясно, что это идеологическая площадка той или иной политической силы. И тогда они более критично подойдут к содержанию, которое распространяется по этим каналам”.

Президент ЕПК Борис Навасардян делает следующее сравнение: “Любой пищевой продукт должен быть понятен покупателю: есть ли там ГМО, есть ли химические компоненты, которые могут быть вредны для здоровья? Если этот человек не обладает данной информацией, он не может быть грамотным и сознательным потребителем. И поскольку деятельность телекомпаний оказывает большое влияние на умы и духовное здоровье людей, то и эти СМИ должны показать, из чего они “сделаны”, кто “изготовитель”, кто заказывает, кто финансирует, чтобы человек мог знать, насколько может доверять этим телекомпаниям. То есть, этот принцип не наше желание, а международный стандарт, который не должен даже обсуждаться. Я вижу, что СМИ начали жаловаться, что это окажет давление на свободу слова. Но это международное обязательство Армении”.

Сформированная экспертная рабочая группа в настоящее время разрабатывает проект нового Закона РА “О телевидении и радио”, который в ближайшее время будет введен в обращение и представлен в парламент.

Асмик Будагян,

эксперт КЗСС

 

Share